четверг, 16 июля 2015 г.

«Метро 2035» Дмитрий Глуховский

Должен признать, что не являюсь поклонником жанра, в котором пишет Глуховский и книгу «Метро 2035» приобрёл, поддавшись на многочисленные положительные отзывы и на уверения автора о том, что эта книга является хоть и завершающей в трилогии, но читать её можно независимо от первых двух.

Фабула книги очень простая. В начале третьей мировой войны, некоторая часть населения Москвы укрылась в метро и благодаря этому выжило. На момент повествования, люди уже жили там 20 лет и полагали, что они единственные выжившие на земле. Они организовали свои социумы, партии, войска. Как-то жили, на каких-то станциях лучше, на каких-то хуже. Но был главный герой, который слышал по радио сообщение о том, что где-то на земле ещё есть выжившие, и живут они нормальной человеческой жизнью – на земле, а  не под землёй. Он пытался объяснить это людям, но людям в метро и их правителям не хотелось ничего менять. Жизнь под землёй хоть и плохенькая, но всё же жизнь. А там, на верху, ещё найти надо незаражённые земли и воду, рискуя здоровьем и жизнью …       

У меня книга оставила двойственное впечатление. С одной стороны, мысли, изложенные в ней очень правильные, и если даже они и не новы, всё равно стоит напоминать о них ещё и ещё раз. С другой стороны, мне показалось, что книга недостаточно тщательно обработана.

Начну с технических неточностей, которые, в принципе, допустимы в художественной литературе, но только до той степени, пока они явно не противоречат законам физики. Например, когда главный герой в начале книги выходил на поверхность, то почувствовал сырость и поёжился. В комплекте химзащиты и противогазе сырость ощутить очень сложно. В такой экипировке вообще ничего не чувствуешь, кроме собственного дыхания, щёлканья клапана, да и влаги, которую обильно выделяет человеческий организм под «химзой» даже в самые лютые морозы.

Глушилки, как известно, работают только на определённом диапазоне, чтобы глушить конкретную станцию, частота вещания которой заранее известна. Если, предположим, главный герой сканирует все частоты, он обязательно наткнётся на повышенные шумы в эфире, на какой-то конкретной частоте, и та радиостанция, которую глушат, время от времени всё равно будет пробиваться и её хоть и плохенько, но всё же будет слышно. В любом случае однородного «шшшшшш …» не будет.

И кстати, размахивание прикладом на подстанции не только опасно, но и непродуктивно, и, кроме того, на силовых подстанциях не бывает пульта управления, там только шины, трансформаторы и силовые выключатели.                      

Любой вдумчивый читатель, по ходу повествования рисует себе определённые образы, картинки, и такие технические неточности парою очень сильно режут ухо. Причём, чем более образован читатель, тем более раздражают его эти сцены, отвлекая от цепочки событий, мешая на них сосредоточится.

Для тех, кто читал Шаламова, братьев Стругацких и Франкла, сцены лагерной жизни главного героя книги с его друзьями на строительстве станции, кажутся какими-то виртуальными, нереальными, как в компьютерной игре. Да ещё эта долбанная курица, с которой таскался Гомер. Представляю себе, как грозные надзиратели лагеря объясняют Гомеру, типа, Вы не беспокойтесь о Вашей курице, поработайте пока киркой, по колено в воде, по 20 часов в день, фиг его знает сколько лет, питаясь один раз в сутки, и потом мы её Вам обязательно вернём. Правда, если Вы хоть на секунду остановите работу или заговорите с кем-либо из остальных арестантов, то мы побьём Вас металлическими плётками, или просто размозжим Вам череп арматуриной. А курицу мы Вам обязательно вернём. Под расписочку. Когда выйдите. Если выйдите. А пока, мы её посадим в отдельный вольер, будем о ней заботиться, каждый день её кормить и убирать за ней помёт …

Кроме того, несколько напрягают лубочные образы «правильных» помощников, которые живут в церкви у реки, за 300 км. от Москвы. Если они «правильные», то, конечно же, их предводитель должен быть высоким с длинными волосами, убранными в хвостик, ну и с большими голубыми глазами, куда ж без них то …

Ну и конечно же, образ «правильного мента», который прорисован не единожды по ходу повествования книги. Нам, видимо, ещё долго придётся отмывать мозги от сериалов, типа «Улицы разбитых фонарей».

Мне, также, не понравилось большое количество мата в диалогах. Для чего это? Для натурализма? Так ведь, книга написана в жанре фантастики. Для брутальности? Так книга и без того изобилует жёсткими сценами. У психолога Фромма есть вполне обоснованное мнение, касательно людей, которые употребляют мат, но об этом как-нибудь в другой раз. Топик не об этом.
 
В принципе, книга правильная, книга хорошая. Но иногда бывают такие досадные мелочи, которые портят даже самые хорошие произведения.