вторник, 15 января 2013 г.

«Жизнь коротка», Спайдер Робинсон («Melancholy Elephants», Spider Robinson)

У профессиональных переводчиков есть целое направление специалистов, которые называют себя «контекстными» переводчиками. Они считаю, что главное – это интерпретировать информацию в такую лингвистическую и культурологическую форму, которая была бы предельно понятна для носителя языка, для которого выполняется этот перевод. И если, при этом, теряются какие-то детали, то это для них неважно, главное – это «чтобы понятно было».

Всё же, мне кажется, стоит искать какой-то компромисс между тупым последовательным («машинным») и «контекстным» переводом. Конечно же, это зависит от материала перевода. Если это юридический, научно-технический или финансовый документ, то следовало бы применить предельную точность в передаче деталей. Возможно, потенциальный потребитель этого материала поймёт тот или иной пассаж только после десятого прочтения, но это не беда, главное, что он будет понят правильно. В этом, возможно, и состоит, если хотите, одна из миссий переводчика – воспитание не всегда «далёкого» потребителя. Понятно, что при «контекстном» переводе суть, особенно юридических документов, иногда безвозвратно теряется. К сожалению, многие контекстные переводчики пытаются опуститься до уровня потребителя, и беда в том, что некоторые из них оттуда не возвращаются.   

А вот если это  художественное произведение, то свободы у переводчика гораздо больше. Но при этом и требования к его общеобразовательному, духовному и профессиональному уровню гораздо выше. «Свобода обязывает, рабство освобождает» ®.

Вот и название рассказа С. Робинсона «Melancholy Elephants» следовало бы, как мне кажется, перевести, как «Печальные (унылые, грустные) слоны». Этим названием, автор попытался передать суть своего повествования. Ведь бывая в зоопарке, мы часто видели, что огромные, взрослые слоны привязаны не очень толстой верёвкой к вкопанному в землю небольшому столбику. Взрослое животное может с лёгкостью порвать эту верёвку и (или) вырвать этот столбик из земли. Но слон стоит смирно и даже не пытается вырваться.

Мало кому известен этот секрет, который хорошо знают дрессировщики.

Маленького слонёнка привязывают достаточно крепкой верёвкой к столбику, которые могут выдержать его усилия вырваться на свободу. Со временем, слонёнок прекращает свои тщетные попытки освободиться и смеряется.

И когда слонёнок становиться взрослым слоном, он помнит, что когда-то он не смог справиться с этой верёвкой и глубоко верит, что не порвёт её и сейчас. И поэтому даже и не пытается бороться.

Так вот и мы повязаны своими привычками, склонностями … «жизненным опытом» … НЛП-шники называют это «паттернами». И не в силах порвать эти цепи. А ведь достаточно лишь немного вырасти над собой прежним, и все, сковывающие нас, цепи станут такими тонкими, что порвать их можно будет безо всяких усилий. При этом важно сохранить волю к свободе маленького слонёнка, которую утерял взрослый слон.     

Именно поэтому в русскоязычном заглавии рассказа я бы сохранил англоязычную печаль слонов.

Конечно же, этот рассказ не об этом. Вернее, не только об этом. В основном, он о вопросах копирайта. Эта тема была популярна в 1982 года (дата написания рассказа), но особенно она обострилась сейчас. До абсурда обострилась.

Достаточно вспомнить взаимные претензии Apple и Sumsung или проблему распространения электронного контента (музыка, книги, игры).

Рассказ обнажает самую страшную тайну, способную опечалить самых печальных слонов.

«Человеку не легко будет смириться с мыслью, что он открыватель, а не творец».

Комментариев нет:

Отправить комментарий